Еще отрывок из книги, которую не так давно начала читать.
Однажды в Конвенции проповедовал Дуайт Мооди, и после служения он вместе с мистером Уилсоном и Эми пешком отправился домой. Вдруг великий проповедник остановился на полуслове, как будто ему внезапно перехватило горло. Он повторил текст, о котором только что говорил в церкви: «Сын мой! ты всегда со мною, и всё моё — твоё» .
«Надо же, раньше я никогда этого не замечал, — сказал он. — О, Господи! Что это за любовь! Божья любовь!»
Слёзы катились по его щекам, и Эми навсегда запомнила эту духовную истину. «Всё моё — твоё». Она ещё больше поверила в то, что Бог знает обо всех её нуждах ещё до того, как она попросит Его о помощи, и хочет давать ей всё необходимое по вере. По вере — и никаким иным способом.
Однажды в Конвенции проповедовал Дуайт Мооди, и после служения он вместе с мистером Уилсоном и Эми пешком отправился домой. Вдруг великий проповедник остановился на полуслове, как будто ему внезапно перехватило горло. Он повторил текст, о котором только что говорил в церкви: «Сын мой! ты всегда со мною, и всё моё — твоё» .
«Надо же, раньше я никогда этого не замечал, — сказал он. — О, Господи! Что это за любовь! Божья любовь!»
Слёзы катились по его щекам, и Эми навсегда запомнила эту духовную истину. «Всё моё — твоё». Она ещё больше поверила в то, что Бог знает обо всех её нуждах ещё до того, как она попросит Его о помощи, и хочет давать ей всё необходимое по вере. По вере — и никаким иным способом.